Реконструкция дома Лобанова-Ростовского вызывает вопросы

Вопрос о судьбе памятника архитектуры классицизма — Дома Лобанова-Ростовского вновь оказался на повестке дня. Почему здание на пороге зимы оставлено без крыши и куда исчезли внутренние перекрытия, декор, а заодно и внутридворовые флигели? Четыре метра грунта во дворе вырыты без какого-либо намека даже на археологический надзор и залиты бетоном с предварительным заколачиванием шпунтов.

    Проектировщики продолжают утверждать, что концепция полной переделки Дома Лобанова-Ростовского на Исаакиевской площади есть вернейшее решение, которое позволит сохранить памятник для потомков. Хотя бы и в виде гостиницы. Судя по всему, Управление делами президента, в чье ведение перешло здание, сидя в Москве, искренне полагает, что на Исаакиевской площади абсолютно необходима пятая по счету гостиница класса люкс, о чем в 2003 году и вышло соответствующее распоряжение. Соответственно, под такую благую цель не грех и перекроить памятник классицизма, объявив его не то реставрацией, не то «реконструкцией с приспособлением».
    В конце ноября состоялось очередное заседание Союза архитекторов, посвященное данной проблеме. В прошлый раз на откровенный разговор не вышел почти никто из тех, кто имеет непосредственное отношение к реконструкции памятника. Теперь на предложение побеседовать некоторые все же откликнулись: прибыл и Евгений Герасимов, проект мастерской которого был одобрен в качестве концепции реновационной обработки дома, и главный специалист КГИОП по Адмиралтейскому району Андрей Сокольцов, и автор проекта реставрации фасадов и интерьеров здания архитектор Рафаэль Даянов. Надо отметить, кстати, что он по сути единственный, кто систематически не боится выходить на диалог с общественностью в целом и по данной проблеме в частности.
    В результате разговора некоторые подробности так и остались невыясненными. Во-первых, история со снесенным внутридворовым корпусом, числящимся в проектных документах как А4. Мало того, что эксперты расходятся во мнениях, кто таки явился его автором — сам Монферран, дорабатывавший здание Аннерт или некие безымянные постреволюционные ваятели. Во-вторых, сколько именно этажей — один, два или все четыре — являются историческими. В-третьих, до сих пор непонятно, на каком основании понадобилось его полностью сносить. Утверждается, что, поскольку постройка более поздняя, то и фундамент под ней слабый. Это притом, что фундаменты Дома Лобанова-Ростовского считаются среди петербургских памятников подобного масштаба чуть ли не образцовыми по своей прочности.
    И наконец, Евгений Герасимов так и не смог внятно сказать, какой же этажности будет воссозданная копия и будет ли она вообще копией. Если в начале собрания заявлялось, что будут воссозданы исторические четыре этажа, то в ходе дискуссии противники перекраивания памятника извлекли на свет текст герасимовского же проекта, где черным по белому записано: в корпусе А4 планируется расширение и увеличение высоты до 6 этажей с надстройкой котельной на крыше. Даже если принять во внимание заявление Герасимова о том, что нижний этаж, по плану имеющий в высоту 6 метров, разделяется на два по 3 метра, все равно результаты не сходятся: этажей получается 5.
    Во-вторых, в ходе объяснения г-на Сокольцова выяснилось, что те интерьеры, которые граждане могли наблюдать в Доме Лобанова-Ростовского еще в конце 90-х годов, — вовсе даже не подлинники и что при обследовании выяснилось: перекрытия якобы еще после войны были заменены на железобетонные. И декор помещений оказывается липовым новоделом. История настолько таинственная и загадочная, что об этих работах никогда ранее ничего известно не было и ни единого свидетельства не осталось. О чем уверенно говорит сам Сокольцов. Ни проекта работ, ни расходных смет, ни расчетов — ничего нет. Свежо предание, как говорится. И тем более не понятно: если капитальная замена перекрытий уже производилась, так зачем же заниматься этим вновь?
    Без ответа остался еще один вопрос: хорошо, как следует из документов, проектировал реконструкцию здания г-н Герасимов со товарищи. Но при этом из других документов следует, что генеральным проектировщиком является австрийский строительный концерн Strabag, производящий технические работы. Так в результате проект, представленный Герасимовым, со всеми его мансардами и бассейнами, окончательный — или австрийцы что-то дорабатывают непосредственно по ходу пьесы? Этот вопрос Герасимов, потихоньку пробравшийся к выходу в удобный момент разгара очередной жаркой дискуссии, также оставил без внимания.
    Отдельный разговор вышел в отношении влияния работ на близлежащие здания. У противников работ есть вполне достоверные свидетельства проживающих неподалеку от стройки горожан, которые утверждают и готовы это письменно подтвердить: когда забивали шпунт, вибрация шла по всей площади и прилегающим кварталам. Неравнодушными жителями города зафиксированы свежие трещины и на Адмиралтействе, и на Исаакиевском соборе. О первых глава КГИОП Вера Дементьева все не может решить, как отзываться: то ли что их нет вообще, то ли что им уже с десяток лет. Про собор вообще в последний год в Петербурге упоминать не рекомендуется — разом поднимается начальственная истерика и сыплются обвинения в проплаченности голосов, пытающихся привлечь внимание к состоянию собора.
    Результат заседания получился каким-то неоднозначным. Вроде как архитектурная общественность осудила действия по реконструкции памятника. «Наша задача — профессионально взглянуть на то, что происходит, оценить ситуацию, выработать рекомендации», — сказал председатель совета Дмитрий Бутырин. Но ни одного вывода о конкретных действиях, на которые следует употребить энергию праведного гнева, почему-то не последовало. Интересно и то, что на заседании присутствовало от силы человек 25—30, из которых чуть ли не больше половины — как раз таки неравнодушная общественность. Которая, кстати, значительно более рьяно пыталась докопаться до истинной сути вещей, нежели скорбно поджимавшие губы профессионалы.
    Получается, что состояние питерских памятников больше волнует их, «городских сумасшедших», до сих пор не верящих в абсолютную победу денег над здравым смыслом, нежели маститых специалистов, у которых уже нет ни сил, ни желания продолжать борьбу, как им кажется, впустую. Впрочем, действительно: если не придираться особо к сказанному, то вроде как все и в порядке: спасаем памятник, продлеваем жизнь, даем ему новое будущее. Как бы только не получилось подмены: вместо ярчайшего образца классицизма — не менее яркий образец профессионального подлога.

    Полностью материал можно прочитать на сайте gorzakaz.org

Елена МИНЧЕНОК

---

Обсуждение материала "Реконструкция дома Лобанова-Ростовского вызывает вопросы "

Перейти к обсуждению     Сообщений по этому материалу пока нет Послать новое сообщение Имя:* E-mail: Заголовок:* Текст: Введите код, который вы видите на картинке: